Єдина Країна! Единая Страна!

Позивний Юнга. Частина 4

44

Коли розмовляєш з такими людьми, як Іван, стає зрозумілим, наскільки зараз важливі «люди діла», які просто гідно виконують покладені на них справи, поки інші розмірковують про її недоцільність чи не можливість її виконання. З радянської армії лишились муштра, бюрократія, формалізм. Зараз стан ЗСУ тільки почав шлях до таких бажаних і затребуваних світових стандартів. Проте усвідомлення проблеми - це початок шляху до її розв’язання. Важливим є не просто інертне очікування того, що прийде добрий дядя/командир/депутат, а і робота над самою проблемою. На щастя, серед наших військових є люди, які мають здоровий глузд, принциповість і ініціативу.

 

Многих не устраивает то, что сейчас происходит, но они ничего не хотят делать, они смирились. Это неправильно, пока мы сами не начнем что-то менять, не возьмем на себя ответственность, структурных изменений не будет.

На войне начинаешь задумываться о важном, хочется создать свою семью. Ведь уже 32 года, и вдруг опять призовут. Вот когда некоторые говорят, вот, у меня дети, а тебе что терять, у тебя же детей нет. Я говорю, ты что, обалдел, ты думаешь, я не хочу детей, что ли. Как можно так говорить, ведь что тогда останется после человека, какая память. Воспоминания друзей, близких, десять человек будут помнить всю жизнь, а остальные, ну, сколько они будут помнить, ну два года, ну пять лет. Все.

У нас пацаны были, по трое, четверо детей, одного отца четырех детей еле отправили назад, он не хотел уходить, говорил, ребята, я с вами. Его незаконно призвали, сельсовет призвал, у него трое детей, и жена еще четвертого ждала. Еле отправили, перед самыми родами. Ему как, повестка пришла, он и пошел служить, особо в тонкости не вникал. Этот прапорщик он когда-то служил в спецназе, он молодец, на своем месте был. Он сам на гражданке лесник, помню, как-то сидим в лесу, и он грустный такой, чуть не плачет. А его спрашивай, что такое, Леший, дома что-то случилось? Говорит, нет. – «А что случилось, допытываюсь». А он мне: «Чуєш, с*ки, ліс прям зараз крадуть, пилять с*ки.» Такой вот юмор там.

Конечно, бывает сложно, поэтому бойцов надо ротировать. Нельзя все время опираться на один костяк, кто-то может выпасть, из-за ранения или перегрузок. Диванные воины, которые рассуждают, что не могут идти на передовую, так как у них жены, дети, они просто прячутся от ответственности за женской юбкой. У парней со мной тоже жены, дети, родители, проблемы с работой. Нас когда призвали, никто не знал, куда и насколько. ЛЮДИ пошли не за деньгами, а для того, чтобы Родину защищать, но надежный тыл тоже должен быть.

Очень важно помогать здесь ребятам, которые инвалидами остались. Есть же люди, которые не хотят помогать военным, «помогать войне», как они говорят, ну что же, у каждого свои принципы. НО можно помочь инвалидам, протезами или тем же лечением, тут или заграницей, психологически их поддерживать. Да, бывает, предлагают бесплатно санатории для бойцов, пожалуйста, приезжайте на реабилитацию, но его же тоже нужно содержать, это требует ресурсов.

Все по-разному переносят войну, у каждого свой болевой порог, важно потом социализироваться.

Главное не только протезами помочь, а полной реабилитацией, интеграцией в общество, большое спасибо тем людям, которые дают возможность трудоустроиться инвалидам, реализоваться так. Да, пусть человек на коляске, но он же может себя в какой-то профессии найти, например, дизайнером быть, быть востребованным.

Я был в интернате, где дети с ограниченными возможностями, там девочка одна с рождения без рук, так она высшее образование получает, по специальности психолог. Я ею восхищаюсь, вот ты смотришь на нее, ты даже не замечешь этих увечий, она себя так ведет, так позиционирует, что ты этого не замечаешь. И она не жалуется, говорит, это не самое страшное, стремиться познать мир, отстаивает свои права. Такие люди прекрасны, им восхищаешься, не то, что тут здоровые лбы сидят и постоянно ноют, то зарплата не та, то еще что-то не так.

- Какие еще были такие же горячие точки, как аэропорт?

Много таких мест, та же Саур-Могила, нужно у каждого подразделения спрашивать, у той же тройки, у восьмерки, просто не все освещалось в прессе.

Как по мне, проиграли мы аэропорт не тогда, когда сепары зашли в подвалы, заминировали, и он сложился просто, нет, не тогда. Мы проиграли его тогда, когда появился этот блок-пост постыдный, вот и все, это здорованье с моторолой. Пусть не рассказывает этот командир, что он сберег жизни людей, покатался бы он с нашими, когда мы прорывались с боем, с прикрытием минометов, дымом, прорывались наши водители, когда ротация так проходила, и борты были заполнены людьми, пехотой. Да, обстреливали, да несколько БТРов, танков сгорели даже, с людьми.. Ну так это война, а такие блок-посты это что - это уже фигня. Что это за проверка, сколько рожков, сколько бк?! Мы заходили с боем, минометчик лупил так, прикрывал, ребята с аэропорта забрасывали дымами, чтобы по БТРам не лупили, потому что выгрузка шла или загрузка. Да, это война…

- Скажи, а як проходив час між бойовими виїздами, на базі?

Когда мы стояли три-четыре в полях, лесах, ничего рядом не было, нас никто не ротировал, то это было сложно. В чистом поле, нет ни газет, ни телевидения, ну наряд несешь, ну по периметру прошелся, ну технику перебираешь, и все. Проблема в том, что замполиты наши, или как их сейчас называют, зам. командира по воспитательной работе, большинство из них ничего не делает, они ни боевой дух ни поднимают, ни досуг не представляют, просто сидят на зарплате.

Я уже сколько с замполитами везде ругался, где хоть-какие-то книжки, газеты, та же литература по военному делу, сделайте библиотеку, привезите, да хоть ту же гитару, чтобы хоть две на батальон, может кто-то умеет играть. Можно хотя бы спортивные соревнования организовать, правда, для этого нужно ребят заинтересовать. Там, где это есть, это все на личной инициативе служащих. Да, в АТЦ, когда мы приехали за провизией, за боеприпасами, там концертные площадки, все красиво, а ребята, многие подразделения, которые стали бригадой где-то в поле, не только мы, и с этого поля идут на передовую, там у них досуга ноль. Если они сами его себе не организуют, то ничего у них не будет. Из-за этого люди страдают алкоголизмом, начинают где-то доставать эту водку, и это проблема.

Если солдат ни в чем не задействован, он будет бухать. Есть люди, которые не пьют, а есть и такие, которым если нечем заняться, нужно выпить. Поэтому досуг нужно стараться организовать.

Конечно, в развитых странах это все давно продумано, есть целые выездные комплексы, где все это продумано, вплоть до библиотек, супермаркетов, приставок даже, и им все равно, где разместиться, в полях, в лесах. У нас этого нет, потому что мы всегда готовились быть как в Советской армии, а там не было тогда такого досуга, и у нас нет. Нужно это прорабатывать, менять.

Еще психологов нужно внедрять, причем с самого начала мобилизации. Проблема не в том даже, что нет психологов, а в том, что мы сами боимся к психологу пойти, это у нас в менталитете. Как воспринимается, если человек пошел человек к психологу - вот дурак, не мог к другу с бутылкой пойти, выговорился и полегчало. Это все от того, что мы путаем психологов и психиатров. Нужно с самого начала солдатам объяснять, что ничего такого в общении с психологом нет, что это нормально, не надо его бояться. Конечно, у нас как всегда, есть люди, которые занимаются этим, уже что-то делают, но политикам же не подходит так. Им надо закон придумать, попиариться, пока другие берут и делают.

На самом деле важно, чтобы у солдат был нормальный настрой. Я у всех своих ребят старался спрашивать, как они. Я мог с Жорой поделиться, особенно если паршиво на душе, выговориться. Просто многие у нас бояться поделиться, много людей замкнутых, они все в себе держат и почему-то думают, что их попустит, если они выпьют стакан водки. Это неправильно. Если ты понимаешь, что тебе паршиво, можешь выговориться, если понимаешь, что тебе не полегчало, то тогда нужно идти к психологу. Важно, чтобы работа с психологами начиналась с первых дней, ведь многие солдаты могут быть просто из сел, где таких специалистов и нет.

Для нормальной работы подразделения должен быть организован процесс. Вот говорят сейчас, говорят, что нет формы у мобилизованных. В первую очередь этим вопросом должен заниматься командир, наличие формы, берцев и т.д. Это же его люди. Если ему говорят, мы тебе присылали, он должен проверить тыловую службу, зампотыла, начальника склада. Если кто-то из них своровал – посади их, а не рассуждай, друг он или нет. Некоторые командиры не любят разборок, но какой же ты командир, если боишься решить такой простой вопрос. Если тебе действительно не додали комплекты, документы в порядке, то тогда требуй от тыловиков, обратись в прессу. В начале войны ничего не было, армия разоренная почти полностью была, но сейчас же начинают уже шить форму, берцы. На это выделяются деньги, значит, все это должно дойти до бойцов, а не затеряться по дороге. Если действительно задержка на неделю, так бывает, и нормальный командир объяснит ребятам, что вас пока никуда не отправляют, пока походите в своей одежде, пока форму не привезли, можно подождать. Всякое бывает, не без того, что из всего личного состава кто-то из-за такой ситуации раздует кипиш. Бывает, конечно, когда и бойцы перегибают палку, вот именно такую форму, пусть мне привезут волонтеры. Одно дело, когда форма сгорела, такое тоже часто бывает, так в первую очередь должен форму такому бойцу привезти, а не тому, кому просто что-то не нравиться. Есть возможность привезти тебе ботинки лучше – скажи спасибо, нет – ну извини братан, у кого-то и этого может не быть сейчас.

Бригадам нужно помогать технологическими вещами, той же оптикой, тепловизорами, рациями, потому что этого не хватает на всех. Причем правильно это делать, как тот же Виталик, он узнает, кто-где стоит, куда нужнее, куда в первую очередь. Сам себе ты так просто не купишь такую штуку, а КПД от ней высокий.

Поэтому волонтерские вещи тоже нужно беречь, как-то на учет ставить. Вот, например, автомат, бинокль, они прописаны в военнике, ты за этот бинокль офигеешь, ты его будешь беречь. Потерял в бою – списываешь, просто потерял – тогда возмещаешь. В бою, понятное дело, могут сгореть вещи, контузило тебя, автомат мог затеряться, бывает такое, тогда надо списать все это. Только надо прийти и списать все это, все офицеры, старшины знают про это. Садишься и вовремя списываешь, а если ты не подал данные своему командиру, потому что тебе лень было, ну иногда из-за того, что командиру было лень, тогда друг с друга и спрашивайте.

Вот я был в отпуске, у меня лежал планшет с картами, GPS на базе. Приезжаю, включаю – не запускается, разбираюсь со всем этим, смотрю карту памяти – карт нет, ничего нет, фильмы закачаны. Оставался один олень, говорю, ты брал, да, брал, это же на взвод дали. Я говорю, это разве твоя вещь, почему ты брал, теперь иди и восстанови мне все карты, по которым мы бродили и выходили. Армия – это срез общества, и там, как и везде, тоже попадаются такие безголовые, которые так себя ведут.

Очень важно сейчас помогать парамедикам, таким как Кроха, Ветерок, Шаман, Хоттабыч, много таких, которые эвакуируют ребят с передовой. Для этого нужно и ресурс, топливо, чтобы вывезти раненых, и оборудование, и те же медикаменты.

Да, после войны многое переосмысливаешь, но чтобы не говорили, семья должна быть на первом месте, но это не значит, что нужно прятаться от войны за женской юбкой, наоборот, семью нужно защищать, чтобы очистить землю от оккупантов. Просто нужно донести до людей, что идет война, и нужно защищать свою землю, если не можешь воевать, нужно помогать, кто как может, кто-то финансами может помочь, кто-то хоть те же носки связать, к раненым сходить, да письмо написать.

Вот нам как-то принесли письма на батальон, их моментально разбирали, и мне попалось письмо со словами «Я тебе не знаю, любий солдате, але дякую, що захищаєш.» и скретч-карта на 25 грн. Мы были просто в шоке, позвонили потом, поблагодарили. Тогда понимаешь, за что там стоишь и за что воюешь.

Головне, що виділяє таких людей, як Іван - це почуття справедливості і самовідданість, треба і всім нам теж чесно робити свій вклад в перемогу на цій війні, як це роблять хлопці на передовій.

Сьогодні у рідному батальйоні Івана пройшло вже декілька ротацій, але ми і надалі допомагаємо славному 2 бату, 95 бригадиhttps://www.facebook.com/backandalive/posts/558097977680977 бо війна ще не закінчена…

Працюємо?

Julia Aquarius

 

Отчеты:

2016-2017

2014-2015



Подписывайтесь на нас: