• UKR
  • RUS
Про війну
25 Липня 2017 піхота

Боєць 30-ї бригади: «У нас один варіант – повернути Донбас»

Боец 3-го батальона 30-й бригады Роман на войне с ноября 2014 года. У него был перерыв в течение прошлого года, но он считает, что пока война в стране продолжается – необходимо воевать и защищаться. В 2014 он был командиром роты. Сейчас – командир взвода. Он сменил бригаду. Но вернулся на этот участок фронта, который знает уже наизусть. Роман хотел служить, правда, сложно привыкать к тому, что война 2016-2017 годов сильно отличается от войны 2014-2015 годов.

«Еще в 2015 сепары нас боялись. Очень боялись. Тогда на свой страх и риск командир роты сам принимал решения, ходил в разведку. Сейчас за такое можно хорошенько получить…» – возмущается парень.

Больше стало несправедливости в армии?

– Вот недавно парень спалил сепарам КрАЗ. Они нагло выехали и напротив нашей позиции стали копать свои окопы. Передали в штаб, штаб сделал доклад на сектор, а сектор сказал, что у него загорелась проводка и по нему никто не стрелял. Дело даже не в обещанных деньгах, это морально сложно. Солдат старался, рисковал жизнью, вылазил на холм.  А это никак не отмечается. Заминается.

В ноябре и декабре 2016, под Новотроицком, парни из моей роты подбили две сепарские БМП. Если бы они тогда в фейсбуке не раздули то, что получили от комбата, комбрига, начальника сектора по шапке, ничего не было бы. Но они добились своего – за две «бехи» выплатили деньги. Президент позвонил… В 14-15-м никто не парился из-за денег. Все знали, что мы воюем, уничтожаем врага.

– Если бы сейчас разрешили ВСУ наступать, вы бы справились?

– Бороться за посадки нет смысла. Если двигаться вперед, тогда идти всей бригадой и реально отрезать полностью Докучаевск. Это, если говорить именно об этом участке фронта. Мы его практически в кольцо брали в ноябре-декабре 2015. Могли забрать без выстрелов. Сейчас нужно забирать Петровское, Раздольное, Докучаевск. А отбивать одну Викторовку или Петровское – смысла нет. Если идти в наступление, то по всему фронту и отрезать этот участок, ведущий к Мариуполю, и выравнивать полностью по границе. В противном случае, рыпаться по километру смысла нет. Тем более, что тут линия обороны у сепаров нефиговая.

– Укрепились хорошо?

– Помню, в 2015-м 72-я тут шесть часов колотилась в районе Новоласпы, Белокаменки. Белокаменка – это возведенный опорный пункт. Восемь машин «Града»» ми вложили в тот ВОП и не смогли выкурить их оттуда. Закопанные руками. Эти позиции были передо мной. Они не использовались ни экскаваторов, ничего – руками. Когда мы только заехали туда, напротив нас стояли перепуганные шахтеры. Они выглядывали из-за дома, между нами расстояние в 50 метров было, боялись нас и не двигались. И мы их не трогали, потому что они идиоты. Потом прислали подразделение «Викинг» и мы поняли, что лафа кончилась. Они до конца июля закопались так, что не боялись ничего. А по «минску» Новоласпа, Белокаменка, Докучаевск, все по Кальмиус – наше. Когда летом было наступление, Новоласпа сдалась через несколько минут после боя. А в Белокаменке зверский командир был, которого не брали «Грады». Оттуда летели ПТУРы, РПГ, СПГ, БМП. Мы по ним «Градами» лупили, а им хоть бы что. Когда они собирали своих 200-ых, я с их командиром общался – у него просто не было выбора. Он бывший КГБшник, и ему дали только два варианта – садиться на зону или ехать сюда. На войну, за сепаров.

– А тебя что-то обижает в армии, кроме того, что не разрешают полноценно воевать?

– Знаешь, что обижает? Смотри, вот существует День десантника, День ракетных войск, ПВО есть… Третий год пехота в блиндажах живет!..

– Так, пехоту на День сухопутных войск поздравляют.

– В День сухопутных войск поздравляют всех… и танкистов, например. Хотя, День танкиста установлен отдельно. Сейчас, по сути, одна пехота на себе все это и держит. У десантников и других подразделений – другие задачи. Они хоть и сидят сейчас наравне с пехотой, но они здесь не для того, чтобы гибнуть тут в окопах. Это совсем другие рода войск. Они не должны тут сидеть, их этому не учат. Ну, а пехота не должна наступать, в конце концов. Это второй эшелон. Она должна передвигаться за десантурой, за спецподразделениями. Если бы в 2014 пошли части, которые должны были наступать, а пехота подходила бы следом, нас бы далеко не отбросили. Никто закрепиться не мог.

– Как считаешь, сколько у нас вариантов окончания этой войны?

– У нас один вариант – вернуть Донбасс. Или Украина не будет существовать совсем.

– Конфликт еще могут заморозить…

– Ну и какой смысл? Никакого. Ни для нас, ни для россиян. Если конфликт заморозить, все равно они своих людей к нам во власть не посадят. Им нужно как-нибудь развернуться, чтобы иметь возможность внедрить своих к нам во власть. Иначе, какой смысл им тогда с этого Донбасса?

– А какой смысл сохранения этой страны, если после всего, что произошло и происходит, у нашей власти будут россияне?

– Никакого. Но это зависит от людей. У нас сами люди виноваты в том, что происходит в стране. Все разрешали это делать. Все всё видели – кто и что делал. Война закончится, в любом случае, кровопролитием. Их отсюда выгнать просто так не получится. Артиллерию могут и не использовать, но зачистки будут проводится обязательно. Возможно, когда ВСУ соберутся и пойдут в наступление.

На этой ноте – возмущения и надежды на правильные действия руководства – за нами заехал комбат, и мы с Романом попрощались.

Он прав, у нас нет другого варианта, кроме, как побеждать. Именно у НАС всех, а не только парней на передовой. Потому что они воюют, удерживают и отражают, а мы поддерживаем: https://goo.gl/p7F4QZ.

 

Автор: Дарья Бура

Фото: Максим Левин

 

Зашерити Заплюсити

Ми допомагаємо підрозділам в зоні максимально небезпеки

17.12 в 22:09
Серце на війні. Мар’їнка
17.12 в 22:05
Бібліотека середньої школи селища Піски
17.12 в 22:03
Джузеппе
17.12 в 22:00
Жолудь і Макарон
13.12 в 13:59
Подивіться йому в очі
12.12 в 12:51
Сашко

Читайте також