Быть миротворцем. История украинского военного в Конго

Быть миротворцем. История украинского военного в Конго


«После Донбасса там не страшно», – говорит Владимир Фитьо, рассказывая о своем участии в миротворческой миссии. Он – бывший начальник пресс-службы 24-й ОМБр имени Короля Данила. В марте 2018 года Владимир отправился в Демократическую Республику Конго. Это была восьмая ротация украинских военных.

«Повернись живим» Владимир Фитьо рассказал, каково это – быть миротворцем и участвовать в боевых действиях в чужой стране. Это – его история.

О подготовке украинских миротворцев и вылет в Конго

В миротворческую миссию я попал в 2018 году, мы улетели в Конго в марте. Перед тем, в 2017-м, на часть пришла телеграмма о том, что объявлен конкурс на должности, среди которых была и должность пресс-офицера. Я написал рапорт. Почему? На самом деле, это очень интересный опыт, потому что в миротворческом контингенте представлено много стран, ты выполняешь задание в другой стране, где совсем другие боевые действия.

На базе 16-й отдельной бригады армейской авиации проводились трехнедельные курсы, где были собраны кандидаты на все должности (на каждую претендовали 2-4 человека). Мы сдавали зачеты по физической и психологической подготовке, проходили медосмотр. Далее специальная комиссия отбирала подходящих кандидатов.

Вылет происходил из международного аэропорта «Львов», в Конго нас доставляли бортом эфиопских авиалиний. В этот день был мороз, а наш самолет – засыпан снегом. Но вылетали мы в приподнятом настроении. Изменения климата для нас были очень сильные: с зимы мы оказались в тропиках, где, к тому же, был сезон дождей.

Прилетели. Малоизвестная страна, история, задачи, которые мы там должны выполнять. Хотя мы все это знали в теории, но освоить на практике нам помогали коллеги с предыдущей ротации. Там остается группа, которая вводит новеньких в курс дел.

Интересно первый месяц-два, а потом начинается рутина. Для тех, кто ходит в наряд и охраняет лагерь, для летчиков, инженеров, которые каждый день выезжают в 5-6 утра и должны держать технику в режиме постоянной готовности (что бы и когда ни случилось, борт должен вылететь в течение 30 минут).

Но все это – большой опыт. Особенно для пилотов, которые могут сделать безумное количество часов налетов в различных условиях и ситуациях. Например, у девятой ротации было много вылетов и применений, потому что именно в тот период активизировались боевики.

О боевиках и Эболе

К большому сожалению, некоторые считают, что украинские военнослужащие-миротворцы – это заробитчане. На самом деле это не так. В тех странах, куда отправляются наши миротворцы, есть очень большие риски. Такие же, как и на Востоке Украины, потому что там также происходят боевые действия. Хотя и финансовая составляющая также важна, потому что зарплата выше той, что сейчас получают бойцы, воюющие на первой линии на Донбассе, грубо говоря на 1,5 тысячи долларов.

Я был в восьмой ротации. Мы прилетели в Конго тогда, когда в стране готовились к выборам президента. Там постоянно действуют незаконные вооруженные формирования, которые так же, как и у нас, финансируют восточные государства. Они переходят границу, нападают на правительственные войска, а миротворцы осуществляют их поддержку, в нашем случае – воздушную. Там есть опасность заболеть различными тропическими болезнями, типа лихорадки, от которых вакцин, к сожалению, нет. Например, наш лагерь расположен в городе Бени, недалеко от которого был очаг всплеска лихорадки Эбола.

Восьмая ротация была первой, кто приземлился в городе Гома, который расположен на границе с республикой Руанда. Оттуда же мы улетали и домой.

Владимир – справа

Об условиях и красных зонах на картах военных

Каждое подразделение авиационных сил имеет свой лагерь. Это – кэмпы, где полностью обустроена инфраструктура, от душей до кондиционеров, – таково требование ООН. Лагерь в Конго имеет размер 100 на 100 метров. И на этой площади размещают все необходимое для жизни.

Ближайшая школа, где учатся местные дети, находилась в пяти метрах от нашего лагеря, буквально через дорогу. Неподалеку также был международный аэропорт «Гома». Нас разместили чуть дальше от местного населения, но в 100 метрах от границы с Руандой.

Населения в городе, как и в целом в стране, нуждаются. Мужчины практически не работают: они или воюют, или ничего не делают. Парень, который убирал в нашем лагере, получал 60 долларов в месяц, и это считается очень высокой зарплатой. Что такое пенсии они не знают. Для большинства людей основная задача – раздобыть еду. Конечно, есть богатые районы, преимущественно там, где находятся офисы миссии, и ты можешь чувствовать себя там в безопасности. А есть районы, которые на наших картах обозначены красным, и, соответственно, миссионерам запрещено там появляться.

Выходить в город разрешено, но по 3-4 человека. Бедный слой населения настроен так, что для них мы «музунгу», на их языке – «человек без кожи». И основная их цель – ограбить «музунгу». Даже через открытое окно служебного автомобиля к вам может залезть темная рука, выхватить телефон и убежать. Это – условия их жизни.

У лагеря, бывает, раздаются выстрелы, так как в стране неконтролируемое количество оружия. Нельзя сказать, что Конго – правовое государство. Там люди ездят без прав и номеров, все работает исключительно на взятках. Например, для того, чтобы пропустили украинскую съемочную группу, которая прилетела в Конго, пришлось заплатить взятку таможеннику в аэропорту. Несмотря на визы, прививки, имеющуюся цель приезда и то, что их встречали и сопровождали украинские миротворцы, он сказал: «Я вас не пущу» и назвал сумму – 500 долларов с человека. И в конечном итоге получил 50 за двоих.

Об уничтожении лагеря боевиков и бои в джунглях

Ротация продолжалась семь месяцев. За это время наши военные сделали много налетов, преимущественно по транспортному обеспечению – вертолеты Ми-8 осуществляли передислокации пехотных подразделений военных индийской, пакистанской, малазийской и танзанской армий. Также Ми-24 осуществляли воздушное прикрытие. Была также операция, в которой я принимал участие, по уничтожению лагеря боевиков. Они организовались недалеко от города Бени, напали на правительственные войска, а затем прорвали оборону и напали на лагерь миссии – обстреляли из стрелкового вооружения, зацепили и жилые палатки. Нападение было отбито, и командование миссии приняло решение уничтожить лагерь боевиков с последующей высадкой десанта и зачисткой района.  

Слава богу, сейчас боевики в той местности не имеют противовоздушных средств борьбы, тех же ПРЗК. Район очень тяжелый, потому что это – джунгли, где трудно что-то или кого-то разглядеть. В подавляющем большинстве там идет борьба за контроль над шахтами колтана – это элемент, который необходим для изготовления литиевых батарей. Та же Руанда, которая граничит с Конго, не имеет своих залежей колтана, но является первой в мире по ее экспорту. Эти страны финансируют террористов, повстанцев, как они их называют «ребелы». Они приходят и начинают (конечно, за деньги) борьбу за шахту. Правительственные войска контроля не имеют, поэтому и был введен миротворческий контингент.  

Мандат является весьма ограниченным и не предусматривает выбивания террористов, в основном миротворцы оказывают поддержку правительственным войскам, когда происходит нападение на них или акт агрессии. Тогда поднимаются вертолеты двух контингентов – украинского (Ми-24 и Ми-8) и южноафриканского (Oryx и Rooivalk).

Об отношении к украинцам и работу СМИ

Я занимал должность помощника командира 18-го отдельного вертолетного отряда по работе со СМИ. В мои обязанности входило освещение деятельности украинской миротворческой миссии: какую работу выполняют наши военные, с чем сталкивается миссия, какие имеет проблемы и задачи. В то время поднимался вопрос введения миротворцев на восток Украины, поэтому основной своей задачей я видел показать украинскому народу и мировому сообществу: украинские миротворцы выполняют задачи в ДР Конго, выполняли в Либерии, мы помогаем, и нам также необходима помощь. Кроме того, снимались сюжеты для украинских телеканалов о наших операциях, вылетах, ежедневной работе.

СМИ в Конго сейчас на уровне наших в начале 90-х годов. Это франкоязычная страна, где смотрят французские каналы. И им интересны украинские миротворцы, интересна наша культура. Они очень хорошо к нам относятся из-за того, что у нас к местному населению немного другое отношение. Наши военные всегда помогают детям, стараются быть максимально положительными. Поэтому нас очень высоко ценят и в миссии ООН. Так, командующий сил миссии ООН предпочитал полеты украинскими вертолетами и, соответственно, с украинскими миротворцами.

О том, где страшнее воевать

После Востока там не страшно. Ощущалась наше преимущество в силе, все-таки у нас боевая авиация. Даже, когда была операция по зачистке лагеря, это воспринималось так: ну, постреляли, пересели в другой пассажирский вертолет, взяли правительственные войска, те высадились, покружила воздушная поддержка, взяли в плен трех или четырех боевиков, которых затем передадут миссии ООН, она выпроводит их в страну, откуда те родом, а через месяц им станет скучно и они вернутся в Конго. После Востока, когда по тебе стреляют из тяжелой артиллерии, могут выстрелить из ПТУРа, когда ты едешь по неизвестной дороге, это – совсем иначе. А в Конго нет тяжелой артиллерии.

Единственное, в чем плюс – на Востоке Украины есть четкая линия разграничения. А там ты не знаешь, откуда вылезут боевики, потому что даже аэроразведка в джунглях дает мало результатов. Но для этого есть пехота, патрули, а также действует система блокпостов.

О том, что чувствует военный на седьмом месяце ротации

Конечно, ты скучаешь по дому, по родным. Когда ты на Востоке, то можешь в любой момент позвонить домой. Если какая-то проблема – взять отпуск по семейным обстоятельствам, 1200 километров это не такое уж и большое расстояние. А там ты оторван от родины, находишься в ограниченном пространстве и понимаешь, что твоя территория – 100 на 100 метров и аэропорт, где стоят вертолеты.

В цифрах

Украинские военные принимают участие в международных операциях по поддержанию мира и безопасности под руководством ООН, НАТО и в составе совместных миротворческих сил с 1992 года.

Участие в миротворческих миссиях за это время приняли около 44 тысяч украинских военных.

Всего 55 военнослужащих погибли.

Сейчас Украина принимает участие в 8 международных операциях.

347 военнослужащих ВСУ выполняют задачи под руководством ООН, НАТО: 250 – вертолетный отряд в Демократической Республике Конго, 40 – инженерное подразделение в Косово, 57 – представители украинского национального персонала выполняют задачи в ДР Конго, Косово, в Республике Южный Судан, в Абьей, на Кипре, в Исламской Республике Афганистан, а также в зоне безопасности Приднестровского региона Республики Молдова.

Фото из личного архива Владимира Фитьо


Просмотров: 44