Вернуться с войны на коне. Как верховая езда помогает ветеранам

Вернуться с войны на коне. Как верховая езда помогает ветеранам


Все началось 13 января с круглого стола в «Veterano Hub» «Верхом в будущее», посвященного вопросам ветеранского и адаптивного спорта, а также терапевтической верховой езды. С докладами выступили ипотерапевт Александра Хандогина из Львова; участник боевых действий Василий Ирха; тренер по конному спорту Диана Буланова; судья международной категории по дистанционным конным пробегам Екатерина Щербина. Во время мероприятия речь шла о терапевтической верховой езде, требованиях к инструкторам, местам проведения занятий по такой езде, индивидуальному подбору лошади. Поднимался также вопрос критериев подготовки участников боевых действий как инструкторов по терапевтической верховой езде, преимуществ инструкторов-ветеранов в физической и психологической реабилитации, адаптивного конного спорта и т.п. Именно эта встреча стала знаковой для ветерана Олега с псевдонимом Kipriani и позывным Kobzzar.

«В целом пришел к лошадям случайно — хотя все случайности не случайны, — рассказывает ветеран. — Я в восторге от проекта «Veteran Hub», и поскольку сейчас у меня достаточно свободного времени, стараюсь здесь посещать мероприятия, которые проводятся. Один из них — круглый стол по иппотерапии, ветеранской и адаптивной верховой езде. Я узнал, что ветеран Василий Ирха из Львова создал (не один, конечно, но он возглавляет) Федерацию ветеранского адаптивного конного спорта в Украине».

Олег ушел на фронт прямо из военкомата, где в его обязанности входило «награждать» «путевками» на войну тех, кто туда не стремился. Его должность гарантировала «бронь» от мобилизации, однако он собрался идти служить с самого начала войны.

«Учитывая то, что я адвентист седьмого дня, мне хотелось по возможности не стрелять в людей, но приносить пользу, — говорит он. — Я думал, что мог бы быть санитаром. Шла четвертая волна. Пришел в военкомат, говорю, я хочу служить в медслужбе. Они полистали мое личное дело, сказали: «Елки-палки. Ты же можешь быть поваром!». Поваров в то время хватало. А я вообще люблю готовить и умею. Говорю: «Да, супер, еще лучше!». И поехал я в Старычи в «учебку», прошел подготовку. Затем выбирал бригады. Мне было важно, чтобы я был именно поваром, а гарантировать это мне не спешили. И тут приехал начпрод 16-й МПБ, Полтавский батальон (сейчас это 58 бригада). У них не хватало людей на кухне, они просто зашивались и света белого не видели. Говорит мне: «Найди мне еще двух. Нормальных». Я нашел еще двух нормальных — Витю из Ужгорода и Ивана из Одесской области».

Всего парень прослужил 13 месяцев. В его воспоминаниях — Новоайдаровский район, Бахмут (Артемовск), Зайцево, Курдюмовка Авдеевка с ее «промкой»…

«Весной 2016 г. демобилизовался, поехал домой, отдохнул немного. Были у меня планы начать собственное дело, но не сложилось. 30 августа я подписал полугодовой контракт в 80-ю бригаду. Я никогда не жалел, что пошел по мобилизации. Там был драйв, было и трудно, и весело — по-разному. Но коллектив был классный, и офицеры все практически мобилизованные нормальные — сейчас поддерживаем связь. В общем, мне нравилось то, чем я занимался, я чувствовал, что приношу пользу — так, как и хотел. Затем я вернулся. И вот сейчас ищу себя…».

Тракай бегает по кругу на корде под наблюдением хозяйки и инструктора. Инструктор — Екатерина Щербина, судья международной категории 4* по дистанционным конным пробегам (Endurance), тренер. Она имеет право преподавать и обучать международных судей — специалистов такого уровня в мире всего 16. Конь переходит с шага на рысь, по команде меняет направление бега, а охотнее всего останавливается и подходит к хозяйке. После такого «разогрева» в седло садится Олег.

Екатерина учит не так, как привыкли ездить большинство любителей, изредка позволяя себе проехаться верхом в парке. Здесь приходится ездить без стремян (их перебрасывают через холку лошади) и без рук. Это необычно и, на первый взгляд, страшно. Но инструктор объясняет: лошадь совершенно не заинтересована в том, чтобы всадник упал. Важно держаться в седле так же прямо, как и во время ходьбы. Расслабиться. Чувствовать лошадь и не давать ей сойти с маршрута. Сидя в седле, Олег на ходу делает простые упражнения: руки в стороны, разворачивает корпус влево-вправо, опускается на шею лошади…

Олега готовят к участию в международных соревнованиях по эндурансу (от англ. Endurance — стойкость, выносливость) — дистанционным пробегам, что является отдельной дисциплиной в рамках Международной федерации с 1988 года. Екатерина рассказывает, что забеги возникли в 50-х годах в США, и первым соревнованием был «Пони-экспресс» — маршрут следования скоростной почты через скалистые горы, это исторический маршрут, по которому ездили любители такого вида развлечений. Сегодня это получило распространение по всему миру, ведь эта дисциплина не нуждается в таком уровне подготовки, как дрессаж или конкур, когда надо заниматься с детства, уметь делать сложные элементы.

«В пробегах этого всего не надо, — говорит тренер. — Если ты научился ездить «шаг, рысь, галоп» и у тебя голова есть на плечах, то вперед!.. И возникла такая идея: мы можем в сжатые сроки подготовить ветерана. Олегу сейчас надо успешно пройти пять соревнований, различные дистанции, с разными скоростными ограничениями. У нас достаточно сложная задача».

«Конечная» дистанция проекта — дистанция на Международных соревнованиях, 80 км. Соревнования в этом году пройдут в октябре, в Украине, под Киевом. После каждого этапа пробега всадник должен пройти ветконтроль – лошадь осматривают, измеряют пульс, чтобы убедиться, что животное может и дальше держать такой темп без вреда для здоровья. Примечательно, что конь должен быть квалифицированным для участия в соревнованиях. На то, чтобы доказать его право на участие в международных соревнованиях, идет 12 месяцев. У Екатерины Щербины три лошади, но только одна кобыла — Ундина — имеет квалификацию. Подобным образом ветеранов готовят к пробегу во Львове и Полтаве.

«Если у нас получится, это будет очень мощный рекламный ход, мол, смотрите, что мы можем! — говорит Екатерина. — Мы взяли человека «нулевого», довели его до международных соревнований! Даже если мы подготовим человека к дистанции 80 км, это уже будет очень круто!.. Попробуем».

Инструктор добавляет, что, если найдется база, которая предоставит для такого дела квалифицированных лошадей, то можно будет надеяться на участие в международных соревнованиях нескольких ветеранов.

Важно, чтобы лошадь проявляла достаточно терпимости к новичкам. Тракай на это способен, он несет всадника легко и осторожно. «Когда мы говорим о лошади для новичков, то это немолодой конь с большим опытом, который терпит всадников, которые не могут как следует объяснить, что надо делать, — комментирует Щербина. — Конь, прощает. Вот у меня Ундина старше, чем Тракай, но я на Ундину не посажу «чайника», потому что она прощать этого не будет. Она рванет с места и «случайно» потеряет человека. Они удивительно умеют исчезать из-под седока. Раз — была лошадка, опа — нет лошадки… Вот даже для того, чтобы лошадь гуманно «расставалась» со всадником, ее надо к этому приучить».

Олег признается, что в восторге от общения и взаимодействия с лошадью, хотя в детстве имел неприятный опыт — хорошо получил копытом в грудь. «Работа человека с лошадью построена на взаимодействии, — говорит он. — Лучший способ наладить это взаимодействие — не карательными средствами, не запугать лошадь, физическим воздействием добиваться, чтобы он выполнял наши желания, а так, чтобы он понимал, что с человеком хорошо, что человек о нем заботится, кормит и «няшит», чтобы ему было комфортно. Чтобы наши желания не противоречили его базовым жизненным потребностям. И это возможно!».

Однако Екатерина Щербина смотрит на проблемы коневодства и адаптации ветеранов шире. Это больше, чем участие в соревнованиях.

«Украина в этом смысле — уникальная страна! — убеждена она. — У нас идеальные условия именно для коневодства». Она ссылается на мнение приятеля-историка. Доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института археологии НАН Александр Симоненко, несколько лет преподававший в Нью-Йоркском университете, рассказывает, что коневодство в Украине обусловлено исторически, ведь побережья Днепра издавна были центром кочевников — скифов, сарматов, аланов и др.

«Поэтому коневодство здесь — это сам Бог велел, и условий у нас очень много, — продолжает Щербина. — У нас очень много вариантов, отличная кормовая база. У нас сейчас очень дорогие корма лишь по той причине, что много кормов идет на экспорт. Есть люди, заинтересованные в развитии коневодства, и я, как человек, занимающийся спортом, вижу очень крутую перспективу не в спортивном использовании лошадей, а именно на уровне хобби. Конный туризм, просто общение с лошадьми. Этап от рождения лошадки и ее заездки и начальной выездки вполне может уложиться в программы реабилитации людей, которые в ней нуждаются. Потому что очень много в этот период идет работы «с земли», даже необязательно ездить верхом. Лошадь должна быть безопасной, должна доверять человеку, ей должно быть с человеком комфортно, ее надо к этому приучать, ей это нужно объяснять…».

Она убеждена, что все взаимосвязано: коневодство и сельское хозяйство в целом могло бы существенно облегчить проблему с трудоустройством, с которой сталкиваются те, кто вернулся с войны.

«Что касается коневодства, в первую очередь следует говорить о заготовке кормов, — рассуждает Екатерина. — Трава может сама вырасти, но в сарай она сама не придет. Ее надо скосить, высушить, затюковать… И это только сено! А еще есть зерно, специальные корма: если у нас лошади специальные, то им надо специальное питание, потому что не покормишь — не поедешь. Все просто! Копнем глубже: тот самый рацион имеют козы и кролики — почему бы не заниматься разведением коз и какой-то сыроварней?.. Почему бы не заниматься разведением кроликов и заготовкой мяса? Сельское хозяйство — одно из немногих перспективных направлений развития экономики государства, у нас аграрная страна. И если этот сектор будет развиваться, то почему бы ему не трудоустроить ребят, которые нуждаются в этом?!».

Кроме поисков нового смысла, заявки украинских ветеранов на международных соревнованиях, возможности трудоустройства, не следует забывать и о сугубо терапевтическом моменте общения с лошадьми.

«Согласно исследованиям американских специалистов, иппотерапия эффективна более чем в 90% случаев ДЦП, аутизма, синдрома Дауна и еще ряда нарушений и около 70% ПТСР, — рассказывает Олег. — В США это очень развито, ведь после Вьетнама они получили огромную армию ветеранов, которые не знали, как дальше себя вести, как жить. Поэтому иппотерапия пригодилась. У них она используется даже в работе с осужденными».

После тренировки Екатерина позволяет угостить лошадь вкусняшками. Тракай осторожно берет губами с ладони печенье и довольно хрумкает. Пытается залезть мордой в рюкзак — не завалялось ли там еще чего-нибудь вкусненького?

Хочется верить, что в октябре на Международных соревнованиях мир увидит, на что способны украинские ветераны-всадники. Хотя дело, конечно, не в соревнованиях. Общение с лошадью — это нечто большее, глубже, сильнее. То, что идет испокон веков, когда в украинских степях носились гордые сарматы и скифы.

Фото: Олена Максименко / Фонд «Повернись живим»


Просмотров: 16